24
октября 2018
среда
 

Человек-легенда

Звуки победного марша слышны. Тише. Замрите.

Домой возвращаются ФРОНТОВИКИ Люди, шапки снимите!

В глазах усталость. Сапоги в пыли. Шинели пробиты, изношены. Какие дороги они прошли! Какие годы прожиты!

Л. И. Динер.

ПЕРВЫЙ

Проходят годы. Всё дальше и дальше волны времени уносят со бытия Великой Отечественной войны. Постарели дети военного времени. Преклонными старцами стали участники войны. Да и немного их уже осталось.

В эти дни в подмосковном Жуковском 95-й день рождения встре чает наш земляк – полковник в отставке, Герой Советского Со юза Николай Павлович Кочетков. Он первым из егорь-евцев был удостоен высокого звания Героя.

НА КРАЮ ОЙКУМЕНЫ

Древние греки называли территории, освоенные человеком, ойку меной. Этим понятием и ныне порой пользуются журналисты. Воспользуемся им и мы. Поговорим о Егорьевской ойкумене. Боль шая она была. Егорьевский уезд превышал по площади современный район в четыре раза.

1.jpg

В самой восточной части уезда, на краю Егорьевской ойкумены, располагалась Архангельская волость, подарившая стране сразу трех Героев Советского Союза – Николая Павловича Кочеткова, Михаила Дмитриевича Никишина и Александра Петровича Са-вушкина.

1.jpg

Ныне это территория Шатурского района. Впрочем, административную принадлежность территория меняла не раз. До 1922 года – Егорьевский уезд. Затем Архангельская волость вошла в Клепиков-ский уезд Рязанской губернии. Потом была Московская область – Коробовский и Шатурский районы. Но для нас главное не это. Главное, что Герои появились на свет до 1922 года, т. е. в егорь евский период, поэтому мы по праву считаем их земляками.

1.jpg

А земли эти хоть и удалены от Егорьевска на семьдесят километ ров, в городе хорошо известны. Здесь находится «мещёрский Бай кал» – знаменитое Белое озеро.

ДЕТСТВО

В удивительном, живописном месте протекало детство Героя. Дре мучие леса с многочисленными ягодниками. Поля со стогами ду шистого сена. Пыльные проселочные дороги, уходящие в неизве данную даль. По восточной окраине бывшей Архангельской волости протекает Пра – приток Оки. Порой русло реки резко рас ширяется, образуя одно широкое, но неглубокое проточное озеро, потом другое… Как бусины на нить, нанизан на Пру целый каскад озер: Дубовое, Святое, Шагара, Иван-ковское… Великие мещёрские озера.

Волостной центр – село Архангельское – на современной карте не отыскать. Оно располагалось в непосредственной близости (метрах в 250) от деревни Пышлицы и позднее слилось с ней.

Нет на карте и малой родины Героя – деревни Филелеево. Деревня сто яла на высоком песчаном берегу озера Дубового, но со временем попала в разряд неперспективных и в начале 80-х годов минувшего столетия исчезла.

Николай был первенцем, а значит, как положено в крестьянской семье, ближайшей подмогой отца. А отца – Павла Андреевича – на селе уважали. Избирали его и председателем Ялмонтского сель совета, и председателем Филелеев-ского колхоза.

Начальная школа, в которой учился герой, находилась в трех километрах от Филеле-ева, на противоположном берегу озера. Пра здесь делает поворот, ее расширенное русло именуется озером Святым. Здесь, на берегу Святого озера, и располагалось село Ял-монт, куда бегали окрестные ребята в школу. Через мелководное озеро были брошены мостки. Зимой по замерзшему озеру до школы до бирались на лыжах. Увы, село Ялмонт ныне тоже не существует. И как напоминание о нем возвышается на пригорке полуразрушенный Никольский храм. Когда-то, в далеком восемнадцатом, здесь крестили будущего Героя. Быть может, по храму и назвали мальчонку Николкой. Сохранилось и старое Ялмонт-ское кладбище – на нем хоронят до сих пор, так что ныне Ялмонт превратилось в село мертвых…

После начальной школы Николка продолжил учебу в Пышлицах – там окончил семилетку.

ДОРОГА В НЕБО

Деревенское детство рано кончалось. Летом в колхозе работали, каникул практически не видели. Вот и семилетка окончена. И потянуло Николая с ребятами-одногодками попытать счастья на стороне. Было это в тридцать четвертом. Подались друзья в Рошаль, поступили в ФЗУ. Николай на электро монтера учился, и через год он уже стал работать в Рошале по специальности на химическом заводе имени А. А. Косякова.

1.jpg

В то время в стране создавалась сеть аэроклубов, ставших кузницей кадров для развивающейся отечественной авиации. В 1936 году открылся Рошаль-ский аэроклуб, который многим парням помог осуществить заветную мечту – стать пилотами. Отсюда путь в небо начал и наш земляк Николай Кочетков. Два года без отрыва от основной работы он с увле чением осваивал летное мастерство и понял, что это – его судьба…

ПО НАПРАВЛЕНИЮ ЕГОРЬЕВСКОГО ВОЕНКОМАТА

Однако получить направление в летное училище оказалось не так-то просто. В Рошале военкомата не было, а в военно-учетном столе требуемого направления не давали. И тогда Николай отправился в Егорьевск – бывший уездный центр.

В Егорьевском военкомате к нему отнеслись не формально: пусть не из нашего района, но парень неплохой, летчиком хочет быть – надо помочь, к тому же родился и жил в Егорьевском уезде, так что вроде бы наш…

Из военкомата Николай вышел с заветной бумажкой. В марте 1938 года он поступил в военное авиационное училище, располагавшееся в городе Энгельсе, который в ту пору был столицей автономной республики немцев Поволжья. Через год молодого дипломированного пилота направили в Че лябинское военное авиационное училище в качестве летчика-инструктора.

МОСКВА

Тяжелым испытанием для всего советского народа и каждого человека в от дельности стала Великая Отечественная война.

С ноября 1941 года Николай Кочетков – на фронте. Сражался под Москвой на Западном фронте в составе 686-го ночного легкобомбардировочного авиационного полка. Это были самые критические дни Великой Отечественной. Фашисты рвались к Москве. Немецкие солдаты уже утюжили форму – готовились к параду на Красной площади.

Авиационный полк базировался в районе города Лопасни (ныне Чехов). Летали на «Р-5», к тому времени уже устаревших самолетах. В первые дни войны наша авиация понесла тя желые потери, так что рады были и этим стареньким машинам, деревянным, с фанерной обшивкой. Николай принимал участие в налаживании воздушного моста с нашими частями, находившимися в окружении, с партизанскими отрядами.

И вот пришел долгожданный день – 5 декабря – начало мощного контрнаступления наших войск под Москвой. Враг отступал по всему фронту, но на южном крыле, в районе Калуги, войска столкнулись с сильно укрепленным опорным пунктом противника. Наша артиллерия из-за глубокого снега задержалась, поэтому вся надежда оставалась на авиацию. Но и авиации было нелегко. Погода нелетная: низкая облачность, сильный порывистый ветер, снег… Командующий воздушной армией С. И. Ру-денко отдал ко роткий, по-военному строгий приказ: «Вылететь, не считаясь с потерями!»

Для выполнения задачи командир полка выделил три экипажа, ко торые должны взлетать с интервалом 10 минут. Первым поднялся экипаж Кочеткова. Ночь. Работает мотор, но ощущение такое, будто самолет стоит на месте, зависнув над черной бездной. Лишь светящиеся стрелки и цифры на приборной панели показывают: самолет идет правильным курсом. Линию фронта определяли по интенсивной перестрелке, полету трассирующих пуль и снарядов.

В одном месте оборонительная линия противника глубоко вдавалась в расположение советских войск – опорный пункт, где немецкая артиллерия вела интенсивный огонь по нашим нас тупающим частям. Сделав первый заход, Кочетков нанес бомбовый удар по цели, застигнув фашистов врас плох – удара с воздуха в такую погоду они не ожидали. Но уже на втором заходе, когда штурман открыл стрельбу из пулемета по вражеским минометам, опомнившиеся немцы встретили самолет шквальным огнем стрелкового оружия и зенитных пушек. Приходилось маневрировать. Это лишало противника возможности вести при цельный огонь. В paботу включились подоспевшие экипажи. Зада ние выполнено. Самолеты легли на обратный курс. Противник, отби ваясь от нападения с воздуха, не вел активного огня минут 15-18, но и этого времени оказалось достаточно, чтобы наши наступавшие части преодолели открытое пространство и ворвались в немецкие окопы.

Всего под Москвой Николай Павлович Кочетков совер шил свыше сорока боевых вылетов. За участие в обороне столицы он награжден двумя орденами Красного Знамени.

СТАЛИНГРАД

В конце июля 1942 года полк перебазировался под Сталинград. Пилоты пересели на более совершенные самолеты «Ил-2», которые немцы прозвали «черной смертью».

Но легче воевать не стало. Противник сосредоточил под Сталинградом огромные силы. И по живой силе, и по технике перевес был на его стороне. Так, по количеству самолетов превосходство немцев было в 3,6 раза (337 наших самолетов против 1200 фашистских). Не было ни одного вылета, чтобы наши самолеты не атаковались «мессершмиттами», не обстреливались из зенитных орудий. Часто советские боевые машины возвращались на аэродромы с пробоинами. Возвра щались не все… Некоторые пилоты сбитых самолетов добира лись до своих пешком…

Всего  под  Сталинградом Николай Кочетков совершил 23 боевых вылета, в том числе шесть – ночью. Авиация вела боевые действия по уничтожению фашистских танков, скопления живой силы, самолетов на аэродромах. Будучи заместителем командира эскадрильи, старший лейтенант Кочетков уходил в полеты в качестве командира группы.

Однажды в августе сорок второго шестерка штурмовиков под прикрытием истребителей вылетела на задание. Предстояло нанести удар по танкам, рвавшимся к Сталинграду. В районе предполагаемого удара находилось до 50 танков. В случае необходимости их прикрывали «мессерш-митты» и зенитные орудия, поэтому надо было подкрасться к врагу внезапно. И такая возможность представилась…

Когда прохо дили над Волгой, Кочетков заметил небольшое грозовое облако и решил использовать его для маскировки – на фоне тучи самолеты почти незаметны. Правда, это небезопасно. Шли на высоте 800 метров. Сильные воздушные потоки бросали самолеты из стороны в сторону. Облако небольшое, потому летели тесно, с минимальными интервалами. Была реальная опасность столкновения. Резко ухудшилась видимость – дождь заливал лобовое стекло кабины. Ориентировались только по мокрой ленте шоссе, которая виднелась через боковую форточку. Через пару минут облако за кончилось, и тут на мокром пшеничном поле отчетливо проступили немецкие танки. Атака была внезапной. Немцы даже не успели открыть огонь из зенитных орудий. Это дало возможность нашим пилотам обстрелять пулеметным и пушечным огнем пехоту противника.

По танкам был нанесен удар реактивными снарядами и бомбами. Лет чики отчетливо видели, как вспыхнули два танка, еще несколько остановились, получив повреждения. Но противник опомнился и открыл по самолетам яростный огонь из зенитных орудий. Один самолет получил повреждение и совершил вынужденную посадку. К cчастью, ему удалось перелететь линию фронта. Пострадал и само лет Кочеткова: в правой плоскости появилась большая пробоина – след от зенитного снаряда. Машину кренило, но «рулей» она слушалась, и Кочетков пошел на второй заход. После об стрела пехоты и огневых точек фашистов самолет Кочеткова по лучил еще одно повреждение – малокалиберный зенитный снаряд пробил маслобак. Горячее масло потекло по фюзеляжу, стало попа дать в кабину, капли обжигали лицо и руки. Мотор без масла перегревался и мог остановиться в любую минуту. Из пос ледних сил пилот тянул машину к аэродрому. Они словно слились, действовали как одно целое – и получилось. Самолет с израненным двигателем замер на род ном аэродроме. Всё. Дома!

ЗВАНИЕ ГЕРОЯ

3 сентября 1942 года – именно в этот день состоялся роковой полет. Пятерка «илов» вылетела на задание. Предстояло нанести удар по ог невым точкам и живой силе противника в районе разъезда Конного. Вел группу Николай Кочетков.

Всё шло по плану. Поразив цели, летчики уже направились на свой аэродром. И вдруг… самолет Ко четкова взорвался. Позже летчик Анатолий Чуба-ров вспоминал: «На наших глазах машина при выходе из атаки взорвалась и сгоре ла. Мы сопровождали падающий костер, обломки почти до самой земли… Николай был любимцем полка, настоящим асом…»

Пе чальную весть принесли бомбы. А дальше… От пиропат-летчики в полк: Николай Кочет- ронов, открывающих замки ков с зада ния не вернулся. Его люков под бомбами, вспых-родным была послана похорон- нули пары бензина, произо-ка. А 5 ноября 1942 года за ус- шел взрыв. В тот же миг пламя пешное выполнение заданий по обожгло лицо, руки… (Хоро-борьбе с немецко-фашистски- шо, что в прохладное осеннее ми захватчиками под Москвой утро поверх гимнастерки Нии Ста линградом Указом Пре- колай надел кожаный реглан). зидиума Верховного Совета А дальше сознание выключи-СССР Николаю Пав ловичу Ко- лось. Момент взрыва Кочетков четкову было присвоено звание не помнит. Взрывной волной Героя Советского Со юза.                его выбросило из ка бины, и об-

Слова «посмертно» в Указе ломки самолета устремились не было, так как к этому званию     к земле. Но пилот продолжал с немецко-фашистскими захватчиками». Но     самое удивительное,самое невероятное то, что герой остался жив! Он опроверг расхожую поговорку «С того света не возвращаются». Он вернулся! Вернулся всем смертям назло!

ВТОРОЕ РОЖДЕНИЕ

Николай Павлович хорошо запомнил тот день. Шли на высо те 1100 метров. Удачно преодолели линию огня, хотя от разрывов зенитных снарядов самолеты содрогались. Вышли к заданной цели. И тут Николай почувствовал, как кабина наполняется парами бензина. Значит, всё-таки задело самолет, повредило бензопровод. Штурмовик превратился в летающую пороховую бочку: одна искра - и всё… взрыв может произойти в любой момент. Несмотря на смертельную опасность, Николай продолжил полет (он был командиром группы). Точно над целью сбросили он был представлен командованием еще ранее. Николая Кочеткова навечно зачислили в списки полка. Его имя звучало на каждой поверке и в ответ правофланговый отвечал: «Старший лейте нант Кочетков пал смертью храбрых в боях бороться: действуя скорее автоматически, чем осознанно, обожженными руками он раскрыл парашют…

К сожалению, наши летчики этого не увидели, зато купол парашюта заметили фашисты. После при земления Кочетков сразу же вступил в неравный бой. Отстегнув парашют, достал пистолет. Превозмогая боль, отстреливаясь, стал отсту пать к поросшему бурьяном оврагу – единственной возможности спастись. Но силы были неравными. Получив несколько ранений, – сначала в плечо и бок, потом в ногу и левую руку – обессилевший летчик рухнул на землю. До оврага так и не добрался. Но немцы не подошли к нему – очевидно, посчитали убитым.

Судьба еще раз улыбнулась Николаю Кочеткову. Теперь вся надежда на выдержку, на силу воли и на везение. Нo много ли у него было шансов? Один из ста? Один из тысячи? А может, и того меньше? Под палящими лучами южного солнца лежал изможденный человек. Любое движение отдавалось острой болью. Четыре ранения, раздроблена кость левой руки, сплошные ожоги, лицо и руки в болезненных волдырях, левый глаз затек. Гимнастерка и брюки мокрые от крови, сапоги сорвало взрывной волной, ступни обожжены горячим маслом. Но он решил не сдаваться.

Ползти днем небезопасно, надо было дождаться темноты. Местность Николай хорошо знал – не раз над ней летал. Когда зажглись первые звезды, двинулся в путь. Как легко давались километры (десятки, сотни километров!), когда си дел за штурвалом самолета! И как же тяжело приходилось преодолевать метры и даже сантиметры раненому!.. Но каждое продвижение вперед – маленькая победа, и к утру он уже почти дополз до линии фронта. Слышалась канонада, в небе вспыхивали сигнальные ракеты. А силы были на исходе, начались галлюцинации: казалось, что его спасают, что за ним прилетели ребята из полка… Так недолго и с ума сойти… Надо было немного отдохнуть, хотя бы самую малость… Укрылся в кустах. Впал в забытье.

ПЛЕН

Из оцепенения вывел резкий удар в спину. Очнулся. Над ним с автоматом стоял гитлеровец…

В лагере для военнопленных условия были ужасные. Пленные содер жались под открытым небом, на голой земле; кормешка – просо с отрубями.

Но и в этих суровых условиях Кочеткову вновь повезло. Среди узников лагеря оказался опытный врач. Он обработал раны, нало жил повязки. Помогли товарищи по несчастью. Выхаживали его, кормили с ложечки, помогали передвигаться – и организм деревен ского парня выдержал.

ПОБЕГ

Понемногу затягивались раны, подживала обожженная кожа, появлялись силы, а вместе с возвращающимися силами зрело желание бежать. Но бежать в одиночку опасно. Нашел напарника – младшего лейтенанта Зайцева. Воспользовавшись моментом, когда менялась охрана, они преодолели заграждения и ушли в сторону леса.

Свобода! Долгожданная свобода! Как будто бы заново родились.

Как хорошо вокруг! Лес, солнце, птицы поют… Словно и войны нет. Но расслабляться рано. Они – на оккупированной территории.

Шли уже дней десять. Каждый день, каждый час приближал к своим.

СНОВА ПЛЕН

Возможно, приподнятое настроение и сыграло злую шутку. Забыв об осторожности, беглецы зашли в деревню. Постучавшись в избу, попросили у хозяев поесть. Впрочем, что им оставалось – с собой ни крошки хлеба, а сколько еще надо идти…

Крестьяне встретили радушно, накормили, с собой еды дали. И тут в деревню приехал грузовик с фашистами. Беглецов заметили сразу – обросшие, грязные, в рваных гимнастерках… Прощай, свобода! А может, прощай, жизнь…

И снова лагерь. На этот раз попали к итальянцам. Они воевали на стороне Германии. В этом лагере было чуть получше. Узники тоже работали – разгружали вагоны, строили, но питание было более разнообразным.

СНОВА ПОБЕГ

Мысль о новом побеге не оставляла Николая и его товарища. На этот раз решили принять все меры предосторожности. Перед побегом побрились, выменяв бритву за пачку галет у охранника. Позаимствовали 

«на память» у итальянцев макароны, галеты, хлеб.

28 октября 1942 года – новый побег. Теперь были более осторожными: двигались только ночью, в деревни не заходили. Питались своим запасом, а также тем, что осталось на полях, – картошкой, свеклой, капустой… Ночами страшно мерзли: осень в пол ном разгаре, а на них только рваные гимнастерки. Но молодость, жажда жизни в конце концов победили. Как-то на рассвете, когда силы были уже на исходе, они вышли к Дону. На другом берегу – свои, но как к ним перебраться?

Им всё-таки повезло. Беглецов заметили наши разведчики и на лодке переправили к своим. Всё! Дошли! Теперь можно расслабиться и отдохнуть…

ФИЛЬТРАЦИЯ

Но расслабляться не пришлось. Неласково встретила их Родина. Конечно, в условиях войны меры предосторожности были не обходимы, но палку всё же перегибали. Ни о какой презумпции невиновности речь не шла – все, кто побывал в тылу против ника, проходили унизительную процедуру фильтрации.

Николая Кочеткова и его товарища направили в фильтрационный лагерь под Рязанью, где находились те, кто по воле судьбы побывал на оккупированной территории, – летчики со сбитых самолетов, красноармейцы, вышедшие из окружения, бежавшие из плена узники конц лагерей… Теперь им предстояло доказать, что они не предавали Родину.

Начались допросы, проверки, протоколы… Сколько же их было!

Вопросы с подковырками, недоверчивые взгляды «особистов»…

На первом же допросе следователь спросил Кочеткова:

– Почему не застрелились? Почему попали в плен?

– Зачем же стреляться. Я еще пригожусь стране, еще буду бить фашистов, – ответил с достоинством Николай. Выяснение благонадежности Героя шло долго. Когда проверка наконец-то закончилась, Николай сразу же стал проситься на фронт и не просто на фронт, а в свой родной полк. Член Военного совета ВВС генерал Шиманов предложил остаться в тылу – готовить молодых летчиков, однако Кочетков продолжал настаивать на своем. Но только через год получил он долгожданное назначение в родной 686-й авиаполк.

ВЫСОКАЯ НАГРАДА

После освобождения из лагеря Кочетков заехал в Ивантеевку – в гости к дяде. Оглядев возмужавшего племянника, дядя спросил: «Что же ты, Николай, звездочку не прикрепил?» А увидев недоумение племянника, рассказал, что читал в «Правде» Указ о при своении звания Героя Советского Союза группе отличившихся вои нов, среди которых значился и Николай Кочетков.

После лагеря в такое не очень верилось. Николай сходил в местную библиотеку,

отыскал газету. Действи тельно, есть такой указ. Действительно, назван старший лейте нант Кочетков Николай Павлович.

Сомнения окончательно рассеялись лишь после возвращения в родной полк.

В январе 1944 года награда наконец-то нашла героя: орден Ленина и медаль Золотая Звезда Николаю Кочеткову вручали в Кремле. От имени и по поручению Президиума Верховного Совета СССР его поздравил Председатель Президиума Верховного Совета Эстонской ССР известный советский поэт и общественный деятель Йоханнес Варес (литературный псевдо ним Бар-барус).

Война клонилась к закату. Вместе с боевыми товарищами Николай успел еще повоевать в Крыму и Прибалтике.

За годы Великой Отечественной войны наш героический земляк совершил 101 боевой вылет, сбил два самолета противника, при том, что летал не на истребителях, а на штурмовиках…

МИРНОЕ ВРЕМЯ

После войны Николай Павлович не расстался с военной авиацией. Освоил реактивные самолеты, на которых летал до 1954-го, в пос ледние годы службы был начальником отдела Учебного центра ПВО страны. В запас ушел в 1965 году в звании полковника.

Но и на этот раз с авиацией не расстался: поселившись в подмос ковном Жуковском – городе авиаторов, работал инженером в ЦАГИ (Центральный аэрогидродинамический институт). С 1991 года Н. П. Кочетков – на за-с луженном отдыхе, в течение пяти лет возглавлял совет ветеранов г. Жуковского, его стараниями в ЦАГИ открыт музей. Николай Павлович участвовал в парадах на Красной площади, пос вященных 50- и 55-летию Победы.

Сегодня Николай Павлович Кочетков не только первый егорьевец, ставший Героем Советского Союза, но и единственный из оставшихся в живых Героев-земляков. Первый и последний… Человек-легенда. Одно перечисление его наград займет немало места. И всё же из чувства глубокого уважения к замечательному чело веку сделаем это, опустив лишь юбилейные медали: медаль Золотая Звезда, орден Ленина, два ордена Красного Знамени, ордена Александра Невского, Отечественной войны I сте пени, Красной Звезды; медали «За боевые заслуги», «За оборону Москвы», «За оборону Сталинграда», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», медаль маршала Г. К. Жукова, «За безупречную службу в Вооруженных Силах» I степени, «Ветеран Вооруженных Сил», «Ветеран труда».

Николай Павлович Кочетков является почетными гражданином Ша турского района, городов Рошаль и Жуковский. Имя героя носит Пышлицкая школа Шатурского района, на ее здании открыта мемориальная доска.

Николай Павлович – долгожитель. Таким людям обычно завидуют. Еще бы – встретить 95-й день рождения! Но этот возраст требует особого мужества. Николай Павлович с достоинством идет по жизни. Он прекрасный семьянин – 54 года прожил с дорогой женой Руфимой Михайловной душа в душу.

Сейчас Николай Павлович Кочетков живет с семьей любимой внучки Маши. Он окружен заботой и вниманием. Годы, конечно, берут свое – зрение уже не то, начались и другие проблемы… Но о болячках говорить не любит – всегда бодрый, деятельный. Если позвонить ему, в трубке раздастся совсем нестарческий, по-военному четкий голос: «Кочетков у аппарата».

Дорогой Николай Павлович! Разрешите от всех егорьевцев позд равить Вас со славным юбилеем. Крепкого Вам здоровья, бодрости духа, мира и благополучия вашему дому! Низкий поклон за Ваш ВЕЛИКИЙ ПОДВИГ!

Сергей ДИНЕР, заведующий отделом истории Егорьевского историко-художественного музея.

  
Погода +3 +5
утром +3 +5 днем +4 +6
Котировки
USD ЦБ РФ 65,3101 0.0036
EUR ЦБ РФ 74,8584 -0.5118

Партнеры









































все партнеры
 
Путешествия своим ходом по Тайланду и не только.hfp